Макс бросил недомытую посуду, вытер руки и закурил.

«Что же делать? Наташа ведь цепляется за любой шанс, чтобы избежать моей встречи с ребенком.... – Он нервно затянулся. – А уж такой... Но вдруг они уже приехали и ждут?»

Он понимал, что его бывшая жена никогда не придет на встречу с часовым опережением. Но – пусть гипотетическую – такую возможность исключать нельзя. Тем более, что совсем рядом с отделом «семейной связи», на Адаре, находилась библиотека, а Максу нужно было поменять книжки.

«Ну ладно, буду делать, что я могу, а там... будь что будет. Поехали. Раньше сядешь – раньше выйдешь. Интересно, транспорт ходит? Заодно и проверим».

Он быстро поменял шорты на брюки, кинул в рюкзак книжки, кошелек, темные очки. Перед выходом остановился: «Так... Сигареты, вода, кошелек, ключи... Вроде все. Вперед!»

Уже закрыв дверь, вспомнил: «Свет. Плевать! Пусть электрическая компания построит себе новый небоскреб».

На улице было тихо, сирена прекратилась. Людей не видно, однако машины ездят. Он увидел удаляющийся зеленый автобус. «Отлично! Живем, как будто нет войны. Воюем, как будто нет... Чего? А-а-а, не важно...»

2

Людей на остановке не было. Видимо, уже никто не надеялся на общественный транспорт или просто отменяли дела.

«Вот дураки-то, сирена может быть и ложная. Хотя... Может, по радио что-то новое сказали... А-а-а, черт, палку забыл! – досадливо поморщился Максим. – Хотя ладно, идти не далеко».

В самом деле, он не любил ходить с палкой. Ведь без нее никто не знает, что у него проблемы. Ну, хромает, ну с кем не бывает? С палкой он переходил в разряд бедняг. Он все время ловил сочувственные взгляды. Молодой, красивый, а ходит – бедолага – как восьмидесятилетний. Макс не выносил, когда его жалели.

Он услышал сигнал. Белый «Форд-транзит» с открытой передней дверью пыхтел дизельным двигателем. В двери появилось усатое лицо водителя маршрутки.